Наше совместное творчество с моим родным братом Игорем Алейниковым в кино — мы подписывались в титрах как «братья Алейниковы» — началось в 1986 году, с 16-миллиметрового фильма «М.Е. (Monstrum Exosse)».
Но на самом деле Игорь начал делать законченные кинопроизведения раньше. Эти работы почти не показывались, кроме «Метастазов» (1984): этот фильм был включен в нашу совместную фильмографию, поскольку с него «параллельное кино» и началось. Это были восьмимиллиметровые фильмы, в основном документальные, снятые на камеру «Кварц-2×8С-3». Они были нами положены «на полку» — как более любительские и менее (по нашему мнению на тот момент) авангардные. Они хранились для истории, к ним мы относились с уважением, но в показах «параллельного кино» они не участвовали. «Параллельное кино» началось с «Метастазов». При этом эти восьмимиллиметровые фильмы, бесспорно, и представляют художественный интерес, и являются уникальным документом брежневской эпохи, перешедшей в период «гонки на лафетах».
Здесь я хочу представить первый фильм Игоря, который был сделан как законченное произведение и назван начальным титром «Верхняя точка. Documentary. 1981», а после титра «Конец» датирован 1982 годом производства.
Коротко — предыстория. Наше детство прошло в городе Грозном (Игорь родился в 1962-м, я в 1966-м). Кинокамера 8 мм была у Игоря в руках лет с 10, как и фотоаппарат, родители купили для семейного использования. Игорь владел инструментами съемки, как хороший солдат — автоматом Калашникова, заряжал не глядя (в темноте), знал все нюансы проявки и т.д. В 1978 году Игорь с родителями переехал в Москву, окончил 10-й классв школе № 91 на улице Воровского (Поварской) и поступил в МИФИ (факультет АСУ — автоматических систем управления); физика была его базовым увлечением в образовании, в Грозном он учился в физическом классе.
Но уже в институте Игорь видел себя кинорежиссером. И путь, который он проделал, реализовав свое предназначение, вызывает уважение. Когда говорят, что кто-то — «продукт перестройки», это часто на самом деле означает, что перестройка — продукт этих людей: изменения в обществе произошли благодаря влиянию взглядов этих людей, воспитанных специфическим временем брежневского и постбрежневского декаданса. Очередь за сахарной ватой — вот истинная alma mater этого поколения, генералов перемен, офицеров новых смыслов.
Вот об этом, наверное, и фильм, снятый в новом на тот момент микрорайоне Бирюлево-Пассажирская, где мы жили лет шесть. Фильм назван «Верхняя точка», поскольку часть съемок производилась на девятом этаже, из окна бирюлевской многоэтажки, как бы с точки зрения ангела, только не летящего, а сидящего в высокой башне. Ты можешь выйти, это не тюрьма, но ты сам туда вернешься, потому что некуда идти. Заточение. Безысходность. И только луч солнца пробивается и туда, между башнями, создавая в конце фильма «театр теней». Кино будет…
Заместитель главного редактора ИД «Коммерсантъ» о работе в подцензурном пространстве, о миссии и о том, что ее подрывает, и об отсутствии аудитории, заинтересованной в правде о войне
Главный редактор «Таких дел» о том, как взбивать сметану в масло, писать о людях вне зависимости от их ошибок, бороться за «глубинного» читателя и работать там, где очень трудно, но необходимо
Главный редактор «Верстки» о новой философии дистрибуции, опорных точках своей редакционной политики, механизмах успеха и о том, как просто ощутить свою миссию
Пятичасовой разговор Елены Ковальской, Нади Плунгян, Юрия Сапрыкина и Александра Иванова о том, почему сегодня необходимо быть в России. Разговор ведут Михаил Ратгауз и Екатерина Вахрамцева
Вторая часть большого, пятичасового, разговора между Юрием Сапрыкиным, Александром Ивановым, Надей Плунгян, Еленой Ковальской, Екатериной Вахрамцевой и Михаилом Ратгаузом
Социолог Любовь Чернышева изучала питерские квартиры-коммуны. Мария Мускевич узнала, какие достижения и ошибки можно обнаружить в этом опыте для активистских инициатив