Orbital: «Гребаные санкции против России — это же хрень собачья!»

Пионер британского рейва Фил Хартнолл о распаленном альбоме «Monsters Exist» и протесте, который в нем зашифрован

текст: Денис Бояринов
Detailed_picture© Orbital

11 июня на фестивале Bosco Fresh Fest в Сколкове выступит дуэт Orbital — пионеры британского рейва, с чьего трека «Chime» в 90-х электронная музыка прорвалась из андеграунда в мейнстрим. Шесть лет назад братья Пол и Фил Хартнолл объявили о том, что Orbital больше не существует, но в этом году внезапно вернулись с новым альбомом «Monsters Exist» и гастрольным туром. Денис Бояринов поговорил с Филом Хартноллом о его панковском прошлом, разрыве с братом, зашифрованном протесте на «Monsters Exist» и санкциях против России.

— Сперва я хотел расспросить вас о вашем городе детства — о Севеноксе.

— Вообще-то я родился в Дантоне — это недалеко от Севенокса. А тот находится в 20 минутах езды на поезде от Лондона. В так называемом зеленом поясе Лондона — там начинаются деревья и сады, чтобы мегаполис не задохнулся. Севенокс — это небольшой городок, в котором было резкое расслоение между жителями. Там жили очень богатые люди в собственных особняках и люди, которых их обслуживали. У них по понятным причинам денег немного водилось.

— Вы уехали оттуда и больше не возвращались?

— Давно уехал. Еще когда мне было 20 лет. Я перебрался в Лондон — ведь там происходила вся жизнь. А последние 20 лет я живу в Брайтоне — на южном берегу. Тут море. Спокойнее и воздух чище. Я переехал сюда из-за своих детей. И до Лондона всего 15 минут езды на поезде. В Лондон я прежде часто мотался — у нас с Полом там была студия в Шордиче. Но потом Пол тоже переехал в Брайтон — и мы теперь работаем в Брайтоне. Вот уже 15 лет как.

И вот ты уже главный панк в Севеноксе.

— Вы начали свой путь в музыку с панка. Трудно было быть панком в Севеноксе?

— Очень просто. Тогда — в 1977-м — все молодые люди хотели быть панками. А шокировать обывателей было очень легко. Тебе надо было всего лишь иметь пару кедов, клетчатую рубаху — мы их называли дедовскими, зауженные джинсы, подтяжки и фантазийную прическу с шипами. Наряжаешься так и идешь слоняться по улицам, и вот ты уже главный панк в Севеноксе (смеется).

Мой брат играл панк в студенческих группах. А меня очень привлекал звук синтезатора. Поэтому, когда я подзаработал денег на стройке, я купил драм-машину и синтезатор. Ну и стал с ними что-то пытаться делать — просто дурака валял. Мой брат уже к этому времени научился играть на гитаре и ударных, и мы стали играть музыку вместе. Тут очень удачно сложилось так, что наши родители переехали жить в другой дом и оставили нас в этой квартире. Из их комнаты мы сделали студию и начали уже серьезнее делать музыку. Так и начался Orbital.

— С чего началась большая карьера Orbital?

— С трека «Chime». Мы записали несколько композиций на кассеты и показывали их кому попало в надежде получить контракт. В Лондоне был такой парень по прозвищу Jazzy M. У него были магазин пластинок и пиратская радиостанция. Он захотел к ним еще и завести лейбл. «Chime» ему очень понравился — он издал его на пластинках. Тиражом в 1000 экземпляров. Это было в 1989-м. Мы продавали эти пластинки на своих концертах — с заднего сиденья машины — и сами рассылали их по рекорд-шопам в разные уголки страны.

К лету 1990-го этот трек стал клубным гимном — хотя тогда такого выражения еще не существовало. Его играли на всех эйсид-хаус-вечеринках. А потом появился Пит Тонг, он тогда работал на London Records и искал для них танцевальные треки, которые они могли издать. Они переиздали «Chime», а потом подписали с нами контракт как с группой. Мы записали для них пять альбомов, затем ушли от них — и выпустили еще несколько альбомов самостоятельно. И вот мы здесь — в 2018-м (смеется).

— Как вы коротко пересказали долгую и славную историю Orbital.

— А все это произошло очень быстро, как и проходит жизнь. За нашу карьеру мы записали немало замечательной музыки. Но в какой-то момент я думал, что все кончено: Orbital больше не существует и мой брат со мной больше не разговаривает. И это было невероятно грустно. Поэтому я очень рад сейчас вам давать интервью. Мы с братом воссоединились, мы записали новый альбом, мы снова едем давать концерты. Это просто фантастика!

— Из-за чего же вы с братом так поссорились?

— Это просто проблемы между братьями. Множество разных причин — обид, каких-то претензий друг к другу. Особенно когда вы работаете вместе — что-то вместе придумываете, — всегда что-то возникает. Главная причина — это невозможность поговорить друг с другом и обсудить то, что вы реально думаете и чувствуете. Чем дольше вы не разговариваете друг с другом, тем эти взаимные претензии больше раздуваются. Они вырастают в огромные проблемы — гораздо большие, чем они были изначально. Поэтому всегда лучше встретиться и поговорить — особенно если вы братья. Мы так и сделали. И вот встречайте — Orbital, версия 3 (смеется).

Наши правительства меряются, у кого половой орган больше? Да это же чушь какая-то!

— Чем она отличается от версии 1?

— Кстати, мало чем. Мы себя чувствуем как в 1989 году. У нас прекрасные отношения друг с другом. Наши дети подросли — на нас лежит меньший груз проблем и ответственности. Мозг у нас подрасчистился.

— Новый альбом «Monsters Exist» уже полностью готов?

— Да, выходит в сентябре. Недавно вышел первый сингл. Скоро выйдет следующий — «Please Help UK». В Москве мы сыграем три композиции с нового альбома — две из них еще никто не слышал.

Orbital — «Tiny Foldable Cities»

— О вашем новом сингле «Tiny Foldable Cities» пишут, что это возвращение Orbital к панковским корням. Вы согласны с этим?

— Оценка музыки всегда субъективна — и зависит от слушателя, не так ли? Я бы сказал, что «Tiny Foldable Cities» эксцентричный. И мой любимый с нового альбома. Это не типичная танцевальная электроника. Он — странный. Мы специально его выпустили первым, чтобы посмотреть на реакцию людей. Нам интересно, что они скажут, как они его интерпретируют.

— Но название второго сингла «Please Help UK» не случайно же складывается в «PHUK».

— Да — оно с намеком. Когда мы были панками, то мы были настроены против истеблишмента. У нас было такое отношение к вещам: да пошли они все куда подальше — «Fuck the Queen», «Fuck Everybody». Сказать по правде, никакого эффекта это не возымело. Пошумели на улицах — выпустили пар и разошлись по домам. С приходом рейв-культуры, кстати, настроение изменилось: съел таблетку — и вот ты уже доволен собой и любишь всех вокруг. Так вот, «PHUK» — это просто танцевальный трек. Протест содержится в его названии. Еще к нему мы снимем видеоклип, в котором противопоставим типичные картины из жизни современной Британии — скажем, дорогие кварталы вокруг электростанции Баттерси покажем вместе с ужасным социальным жильем, где бедняки живут в кучах мусора. Но если не видеть клипа, то в самой музыке никакого политического подтекста не считывается. Мы можем зашифровать послание или рассказать историю только в названии.

В нашем новом альбоме есть что-то панковское.

— О чем название альбома «Monsters Exist»? Кто эти монстры?

— Зависит от слушателя. Это могут быть личные демоны, живущие внутри каждого из нас. Но это могут быть и монстры внешние. Агенты пропаганды, если хотите. Вот почему музыканту из Британии теперь так сложно сыграть концерт в России? И наоборот? Потому что наши правительства меряются, у кого половой орган больше? Да это же чушь какая-то!

Словом, в нашем новом альбоме есть что-то панковское. Местами он провокационный. В некоторых названиях композиций и видео, которые мы будем делать к ним.

— Что вы вообще хотели сказать этим альбомом?

— Если коротко: «Да посмотрите, что вокруг происходит. Что это вообще за фигня?»

© Orbital

— Прежде Orbital не делали политических заявлений и даже политических намеков.

— Знаешь, просто достало все происходящее. Я, например, лично очень рад, что мы едем выступать в Россию. Потому что... Ну, например, взять эти гребаные санкции против России — это же хрень собачья! Вот вы слышали эту историю про отравленного двойного агента?

— Кто же о ней не слышал.

— Ну да. Я вот никак не могу взять в толк: он же был двойным агентом — это вроде как издержки его профессии, что его могла убить одна из сторон. Это как лицензия на убийство у Джеймса Бонда. Почему я лично должен сожалеть об этом? Почему я вообще должен об этом знать? Но наши власти и медиа только об этом и твердят. По мне, так вся эта история — одна большая нелепость. И раздражающая нелепость. И это только одна из таких дичайших историй, которые сигнализируют, что весь мир сделал несколько шагов назад. Так что в данный момент мы чувствуем себя слегка... распаленными происходящим (смеется).

— За 30 лет, прошедших со времени появления «Chime», технологии очень изменились. Процесс создания музыки у Orbital в версии 3 и версии 1 как-то различается?

— По сути — нет. Поменялись программы и оборудование, но принцип остался прежним. Orbital — это, в первую очередь, живая электронная группа. Наша музыка рождается из совместных джемов. Вот у нас есть четыре звуковых потока — бас, барабаны, хай-хэт и мелодия. Мы управляем ими и импровизируем, обложив себя различными устройствами и аналоговыми синтезаторами. Очень много аналоговых синтезаторов (смеется). Больше всего наш процесс создания музыки похож на игру в activity center. Знаешь, такие детские игрушки с большими кнопками. Нажмешь на одну — и раздастся телефонный звонок, на другую — и лягушка заквакает. Вот и мы, как дети, стоим за activity center и жмем кнопки. И этот процесс может приносить удовольствие бесконечно.

Комментарии

Новое в разделе «Современная музыка»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

Художники разных направлений об акции «Возвращение имен»Искусство
Художники разных направлений об акции «Возвращение имен» 

Дмитрий Гутов, Александр Корноухов, Дарья Серенко, Никита Алексеев, цианид злой, Екатерина Марголис, Борис Конаков, Варя Михайлова, Шифра Каждан, Анна Десницкая, Иван Лунгин, Таисия Круговых

23 октября 20183340