«Меланхолия и ты, вместе навсегда» — каждые пять лет, будто по незримому расписанию, Роман Литвинов вспоминает о выданном ему когда-то титуле Цоя нового поколения и выпускает плюс-минус дюжину новых вокально-инструментальных тезисов в его (титула) защиту. Устроены эти тезисы, как правило, более-менее одинаково — ловко скроенный синтетический пульс, чуть прикрученный в плане интенсивности и напористости относительно чисто танцпольных кислотных боевиков Романа, усталый многозначительный шепот, жонглирующий афористично-мемоемкими строчками про танцы и усталость типа «Рожденный утонуть повеситься не рад», «Мне бы просто уснуть, а не это вот все», «Лето тупо класс», «Ласточки летят, будущего нет», «Умри или танцуй», перемешать, повторить. Тексты Литвинова, с одной стороны, вроде бы имеют полноценные куплеты и припевы, а не просто состоят из изолированных друг от друга повторяющихся строчек текста по старой традиции танцевальной музыки — с другой же, этот вроде бы продолжительный текст все равно собран из отдельных мыслей и строчек, часто, кстати, кочующих из песни в песню (пушки, пули, просто повезло), по принципу коллажа или хип-хоповых семплов. Такой нарративный минимализм интересен как прием, но в случае Литвинова часто оборачивается историей в духе «собери свой нарратив», в которой слушателю необходимо самостоятельно соединять намеченные автором точки, — и так уж вышло, что ваш обозреватель в данном конкретном случае видит в первую очередь сам конструктор, а не намечаемую им призрачную содержательную идею. Не помогает и то, что в музыкальном плане новый альбом Литвинова выстроен так, чтобы скорее сопровождать и поддерживать слова, нежели блистать именно музыкальными идеями, — находиться в этом потоке ловко организованных электрических звуков, пока он тебя несет, вполне приятно, но вот вынести в памяти после полудюжины прослушиваний удалось только пару особо прилипчивых строчек («просто я тупой, пой, пой») да смешной момент про тра-та-та-та из «Москвы 3000».
Ласковое наклонение
Время композиторов приходит и уходит
Как эпоха застоя стала «золотым веком» детского телевидения в СССР
«В СССР ниже по статусу шла только хроника»
Мария Костюкович о том, как рождалось белорусское детское кино — и как отличить его сегодня от советского
15 декабря 2021230Многоликая Эвтерпа
Куратор и продюсер Анастасия Кошкина — о том, как провести цикл концертов современных женщин-композиторов и международную конференцию в условиях пандемии
14 декабря 2021286Как Чебурашка за море ходил, или Кое-что о шведской детской культуре 70-х
Чебурашка прекрасно известен шведам, но в качестве, скорее, девушки. Что еще происходило с культурой детства в Швеции полвека назад? Рассказывает Катя Рунов
14 декабря 2021280Лермонтов. Урановый след
Автозаводская Мадонна
Новые альбомы из Сибири: осень
Экспортные шаманские песни из Калачинска, электроника из Иркутска, сказочный этно-поп из Якутии, возвращение барнаульских ветеранов копропанка и другие новости сибирской музыки
13 декабря 20214088Патология протеста
«Межсезонье» Александра Ханта — фильм о бунтующих подростках и современной России
13 декабря 20213924Эмоции как место истины
Запретить детям гаджеты
Андрей Мирошниченко развивает радикальную идею: развитие ребенка должно пройти через те же стадии приобщения к медиа, через которые прошел человек как вид
13 декабря 20211822